Критика действующего процессуального регламента пересмотра в порядке надзора вступивших в законную силу судебных актов арбитражных судов, бесспорно, не является чем-то новым в отечественной доктрине. В качестве примера можно сослаться на известный труд, посвященный судебной власти <1>. Поэтому авторы ставят перед собой задачу не постановки проблемы (она давно поставлена), а обобщения и систематизации претензий к указанному процессуальному регламенту, главным образом к статье 304 Арбитражного процессуального кодекса РФ 2002 г. (далее — АПК РФ). Важно также определить пути законодательного разрешения острой проблемы, связанной с определением оснований для пересмотра в порядке надзора вступивших в законную силу судебных актов арбитражных судов и установлением процессуального регламента такого пересмотра.

———————————

<1> Судебная власть / Под ред. И.Л. Петрухина. М., 2003. С. 698 — 703.

Суть данной проблемы можно кратко обозначить следующим образом. Прежде в абзаце первом ст. 188 АПК РФ 1995 г. («незаконность или необоснованность судебного акта») были ясно и понятно сформулированы основания для надзорного пересмотра вступивших в законную силу судебных актов арбитражных судов. Столь же ясные и понятные основания для надзорного пересмотра вступивших в законную силу судебных актов судов общей юрисдикции наличествуют в статье 387 Гражданского процессуального кодекса РФ 2002 г. («Существенные нарушения норм материального или процессуального права»). Однако теперь законодатель, определяя в статье 304 АПК РФ 2002 г. основания для надзорного пересмотра вступивших в законную силу судебных актов арбитражных судов, пустился в неконкретные и трудно поддающиеся адекватной интерпретации словесные упражнения, определив, что надзорному пересмотру подлежит «оспариваемый судебный акт», который «нарушает единообразие в толковании и применении арбитражными судами норм права» (п. 1 ст. 304). К этой формулировке мы еще вернемся, а пока отметим: два других содержащихся в статье 304 основания для надзорного пересмотра: а) «оспариваемый судебный акт… нарушает права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права, международным договорам Российской Федерации» (п. 2 ст. 304 в ред. Федерального закона от 31 марта 2005 г. N 25-ФЗ <2>) и б) «оспариваемый судебный акт… нарушает права и законные интересы неопределенного круга лиц или иные публичные интересы» (п. 3 ст. 304). Приведенные формулировки лишь в самой малой степени закрывают «бреши», оставленные действующей формулировкой пункта 1 ст. 304.

———————————

<2> Российская газета. 2005. 5 апр.

Новелла в виде пункта 2 ст. 304 (в ред. Федерального закона от 31 марта 2005 г.), на наш взгляд, писалась лишь для того, чтобы Европейский суд по правам человека не принимал к своему производству жалобы на российское арбитражное правосудие до тех пор, пока соответствующие арбитражные дела не пройдут надзорную инстанцию. Вообще, Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г. (с изм. и доп.), на предмет нарушений которой возбуждается производство в Европейском суде, и другие общепризнанные принципы и нормы международного права, международные договоры Российской Федерации, с одной стороны, и предметы основной массы отечественных арбитражно-судебных споров — с другой, имеют, как правило, мало общего, и у заинтересованных лиц мало возможностей подвести свои реальные процессуальные ситуации под квалификацию по пункту 2 ст. 304 АПК РФ.

Равным образом и случаи, когда «оспариваемый судебный акт… нарушает права и законные интересы неопределенного круга лиц или иные публичные интересы» (п. 3 ст. 304), встречаются на практике достаточно редко, и заинтересованные лица, как правило, не могут использовать эту формулировку для квалификации своей процессуальной ситуации. Следовательно, в большинстве случаев инициатору надзорного разбирательства приходится ссылаться на пункт 1 ст. 304, сформулированный, прямо говоря, на редкость бестолково.

Прежде всего вызывает возражение сам отход законодателя от принципа законности и обоснованности арбитражно-судебных актов, их соответствия нормам материального и процессуального права, и переход на зыбкую почву «единообразия в толковании и применении арбитражными судами норм права». Так, не совсем понятно, должны ли необоснованные судебные акты (в частности, принятые по недостаточно исследованным материалам) считаться нарушающими единообразие в толковании и применении арбитражными судами норм права. Конечно, можно сослаться на часть 3 ст. 15 АПК РФ, но хорошо бы по этому вопросу высказался Пленум Высшего Арбитражного Суда РФ или хотя бы Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ. Кроме того, законодатель, по существу, презюмирует в пункте 1 ст. 304 наличие в арбитражной судебной практике некоего законного и обоснованного единообразия в толковании и применении арбитражными судами норм права. То есть предполагается, что выбивающиеся из ряда «единообразных» законных и обоснованных судебных актов отдельные судебные акты арбитражных судов «исправляются» в надзорном порядке. Таким образом, презюмируется наличие законной и обоснованной арбитражно-судебной практики, на соответствие которой и проверяются оспариваемые в надзорном порядке вступившие в законную силу судебные акты арбитражных судов.

Здесь возникает масса возражений.

Во-первых, в нашей стране в настоящее время идет бурный процесс создания, развития и совершенствования действующего законодательства. Выработка законной и обоснованной единообразной судебной практики неизбежно отстает от требований реальной правоприменительной практики: судебные акты надзорной инстанции Высшего Арбитражного Суда РФ часто носят прецедентный характер, а отнюдь не характер проверки судебных актов на соответствие имевшим место ранее «единообразным» законным и обоснованным прецедентам. Да и вообще на всякий возможный казус не может найтись единообразная законная и обоснованная арбитражная судебная практика!

Во-вторых, при отсутствии сформировавшейся единообразной практики Высшего Арбитражного Суда РФ возможно наличие различных подходов к разрешению аналогичных споров у разных федеральных арбитражных судов округов, у разных арбитражных апелляционных судов, разных арбитражных судов субъектов Федерации. То есть как раз единообразия в арбитражно-судебной практике на момент разрешения дела в Высшем Арбитражном Суде РФ может и не обнаружиться, и Высший Арбитражный Суд РФ должен сам закладывать фундамент этого единообразия.

В-третьих, опять же при отсутствии сформировавшейся единообразной практики Высшего Арбитражного Суда РФ возможно наличие хотя и единообразной, но ошибочной практики нижестоящих арбитражных судов, практики вынесения незаконных и (или) необоснованных судебных актов, которую Высшему Арбитражному Суду РФ нужно ломать, а отнюдь не проверять судебные акты на соответствие ей.

Список возражений можно продолжить.

На практике мы имеем дело прежде всего с тем, что «тройки» судей Высшего Арбитражного Суда РФ, рассматривающие заявления участников процесса в порядке статьи 299 АПК РФ, поставили «на поток» «отказные» определения, где, не вдаваясь в суть доводов заявителя о незаконности и (или) необоснованности оспариваемого арбитражно-судебного акта, излагают голословную констатацию того, что оспариваемый акт пресловутое «единообразие в толковании и применении арбитражными судами норм права» не нарушает, а потому в передаче дела на рассмотрение Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ отказывают. Справочно-правовая система «КонсультантПлюс» буквально «пухнет» от таких определений-«близнецов», а по сути — «пустышек», формальных отписок. Кроме того, на наш взгляд, пресловутое «единообразие в толковании и применении арбитражными судами норм права», по существу, подменяет предмет доказывания для инициатора надзорного пересмотра: он должен доказывать не незаконность и (или) необоснованность оспариваемого арбитражно-судебного акта, а наличие некой единообразной арбитражной судебной практики по аналогичным делам, единообразие которой оспариваемый акт нарушает. Такое положение вещей далее не может быть терпимо, в том числе с точки зрения целей и задач правосудия в сфере экономических отношений. Не вызывает сомнений, что высшая ценность в деятельности правосудия — вынесение законных и обоснованных судебных актов, в том числе судебных актов арбитражных судов, и в первую очередь — Высшего Арбитражного Суда РФ как высшего судебного органа по разрешению экономических споров (ст. 127 Конституции РФ). Следовательно, процессуальный регламент пересмотра в порядке надзора вступивших в законную силу судебных актов арбитражных судов нуждается в срочном и коренном исправлении.

В первую очередь необходимо вернуть на место такие основания для пересмотра в порядке надзора вступивших в законную силу судебных актов арбитражных судов, как «незаконность или необоснованность судебного акта» либо «существенные нарушения норм материального или процессуального права», изложив в соответствующей редакции статью 304 АПК РФ. Далее, учитывая ограниченность физических возможностей Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ по пересмотру в порядке надзора вступивших в законную силу судебных актов арбитражных судов, а также опыт Верховного Суда РФ в части пересмотра в порядке надзора вступивших в законную силу судебных актов судов общей юрисдикции по гражданским делам, целесообразно ввести в Высшем Арбитражном Суде РФ «двухэтажный» надзор. По нашему мнению, процессуальный регламент пересмотра в порядке надзора вступивших в законную силу судебных актов арбитражных судов должен предусматривать следующий порядок движения дела.

Судья Высшего Арбитражного Суда РФ единолично рассматривает заявление о пересмотре в порядке надзора вступившего в законную силу судебного акта арбитражного суда на предмет выявления оснований для передачи дела на пересмотр в порядке надзора. Установив отсутствие таких оснований (а именно незаконности или необоснованности судебного акта либо существенных нарушений норм материального или процессуального права), судья Высшего Арбитражного Суда РФ выносит определение об отказе в передаче дела на пересмотр в порядке надзора. Такое определение является окончательным и не может быть обжаловано (опротестовано).

Установив наличие указанных оснований, судья Высшего Арбитражного Суда РФ выносит определение о передаче дела на пересмотр в порядке надзора. Дело пересматривается в порядке надзора коллегиальным составом судей Высшего Арбитражного Суда РФ (а не Президиумом ВАС РФ), причем судья, вынесший определение о передаче дела на пересмотр в порядке надзора, в состав этой коллегии не входит. Соответствующая коллегия судей Высшего Арбитражного Суда РФ образует «первый этаж» арбитражного судебного надзора. Постановление коллегиального состава судей Высшего Арбитражного Суда РФ, вынесенное в порядке надзорного пересмотра вступившего в законную силу судебного акта арбитражного суда, может быть пересмотрено Президиумом Высшего Арбитражного Суда РФ по протесту (представлению) Председателя Высшего Арбитражного Суда РФ <3>. Таким образом, Президиум ВАС РФ образует второй «надзорный этаж». Думается, количество дел, доходящих до этой экстраординарной стадии, будет вполне по силам Президиуму Высшего Арбитражного Суда РФ.

———————————

<3> К Председателю ВАС РФ участвующие в деле лица вправе будут обращаться с соответствующими заявлениями. Возможно, следует уполномочить и заместителей Председателя ВАС РФ по поручению Председателя рассматривать такое заявление и приносить соответствующий протест (представление) либо отказывать в этом.

Минусом предлагаемого нами порядка надзорного пересмотра вступившего в законную силу судебного акта арбитражного суда является некоторое удлинение процесса во времени. Однако дополнительные гарантии законности и обоснованности разрешения арбитражного спора, по нашему мнению, явно перевешивают этот недостаток. Кроме того, вполне возможно жестко ограничить право на подачу заявления о пересмотре в порядке надзора вступившего в законную силу судебного акта арбитражного суда во времени (скажем, двухмесячным сроком на каждый «этаж» надзора вместо нынешнего трехмесячного срока, предусмотренного частью 3 ст. 292 АПК РФ). При этом не должно быть возможности «перепрыгнуть» через первый «этаж» надзора сразу на второй. Наши предложения, конечно, имеют дискуссионный характер. Но и оставить все, как есть, — явно не лучший выход.

Авторы: Лукьянцев А.А., Буров В.С.